Это невозможно забыть! Было за полночь, когда до моего слуха донеслись громкие голоса. Я встала, оделась и вышла во двор, который освещался огромным заревом полыхавшем на противоположном берегу. Горела мельница.
Папа, мама, средний брат, я и несколько соседей стояли в верхней части нашего огорода и с ужасом смотрели на всепожирающий огонь. Слышался яростный гул огня и беспрерывный треск раскалившейся черепицы, которая лопалась и разлеталась как фейерверк на далекое расстояние, казалось, что эти куски могут долететь и до нас. Низина между нашим огородом и мельницей была заполнена водой и в ней, как в зеркале, многократно отражалось высокое пламя, окрашивая воду в кровавый цвет...
Управляющий мельницей, дядя Серёжа Овсяников, жил с женой и двумя очаровательными доченьками в небольшом домике во дворе мельницы. Мне достаточно было летом выйти за калитку внизу огорода, перепрыгнуть по камням через узкую речушку и оказаться во дворе мельницы, где под длинным навесом игрались сестрички. Они были как из сказки: старшая Томочка - смугляночка с темными курчавыми волосами, а младшая Светочка - беляночка с розовыми щечками. Часто я находила сестричек у цементного бассейна, который был построен для хранения воды, используемой для охлаждения какого-то механизма на мельнице. Из бассейна по одной трубе вытекала охлажденная вода, а по другой впадала теплая. О наполнении не такого ли бассейна мы решали задачу на уроке математики? Девочки, как русалочки, плескались в подогретой воде бассейна. Вначале они прыгали с приличной высоты и их на время скрывала вода, потом выныривали и плавали, наслаждаясь водными процедурами. У меня в детстве произошел несчастный случай, я утонула, но меня нашли и чудом возвратили к жизни. С тех пор я боялась воды и не прыгала в бассейн, а только смотрела и восхищалась смелостью сестричек.
Глядя на пожар, почему-то мне в тот момент вспомнился такой эпизод. Мы зашли в дом Светочки, посреди комнаты стоял стол с красивой вазой. Мое внимание привлек большой пучок незнакомого растения в вазе. Я спросила у Светки:" Что это?". И услышала в ответ: "Это ковыль. Его привез папа, когда гостил на своей родине в Оренбургской области". Я подошла и погладила пушистые верхушки чудесного букета и ощутила необыкновенную шелковистость ковыля.
И вот теперь, на крышу этого домика, падали раскаленные искры черепицы и угрожали сжечь его. Языки пламени высоко взмывали в небо, как ненасытное чудовище, устрашая пожрать все на своем пути...
Мельница сгорела и несколько лет стояла черным памятником страшного бедствия, пока не отстроили новую.
В ту ночь сгорела не только мельница, но и "часть" нашего детства. Уже больше никогда не плескались сестрички в бассейне, который хранится только в моей памяти. А также мне жаль было тот букет ковыля, мягкость которого "запомнила" моя ладошка. Ведь это была частичка с Родины дяди Серёжи, где под ветром колыхались бескрайние ковыльные степи. О которых я позже читала в стихотворении "Ковыль" Галины Прудниковой.
"На привольной земле, лемехами не тронутой,
Где пионы цветут не в награду садовнику,
Там, где крутит полынь серебристые омуты
Да стенает пичуга в колючем терновнике;
Где адонис играет янтарными бликами,
Погружаясь в траву золотистыми гребнями,
Там курганы степей – исполины великие –
Сотни лет охраняют предание древнее.
Как на русскую землю в годину тяжёлую
Налетели враги, рать несметную кинувши,
Убивали мужей, изгалялись над жёнами,
Отбирали у них милых деток-кровинушек.
Уходили навек на чужбину далёкую
Незамужние девицы, юноши холосты.
И, кляня материнскую долю нелёгкую,
Рвали женщины вмиг поседевшие волосы.
Эти пряди, слезой безутешной политые,
По весне прорастали кустами белёсыми,
Словно бедная мать со святою молитвою
Прикоснулась к земле поредевшими косами.
И доныне ковыль всё скорбит да печалится,
А на вкус, будто слёзы, и солон, и горек он...
Не срывают его вместе с пышной овсяницей,
Не вплетают в букеты к бордовым лазорикам.
Шелковистые ости над долами русскими
Доверяют ветрам материнские жалобы...
Мне заранее знать бы сказание грустное,
Не рвала бы ковыль и беды избежала бы…
…Я стояла в степи посредине безмолвия,
В сотый раз пережив то, что Богом отмерено.
А ковыль колыхался смиренными волнами
И молился, как встарь, о детишках потерянных".
Не это ли желание своими глазами увидеть ковыльные степи, побудило сестер возвратиться на Родину отца и остаться там жить. Да благословит обильно их и их семьи Господь!
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Список Шиндлера - Josef Piel Я часто полушутя-полусерьёзно говорю: Язык мой-враг мой!
Сколько огорчений, проблем доставил мне он своей неукротимой болтовнёй-не счесть!
А вот недавно довелось услышать нечто подобное и в адрес моей руки, держащей перо.
Меня укорил (мягко говоря), близкий мне человек за то, что я в «Списке Шиндлера» признался насчёт «мешка российской картошки», который я «отдаю ежедневно в табачном киоске»!
«...Ты пишешь на такие серьёзные, духовные темы и при этом чуть не с гордостью сообщаешь всем что ты курильщик!»- примерно так звучал исполненный праведным гневом укор.
С того дня минуло уже достаточно времени. «Список Шиндлера» читали и многие другие люди, но ни кому не пришло в голову заострить внимание на этом моменте.
Да, конечно, неприятный момент.Хвалиться тут действительно нечем.
Но мне вдруг подумалось о самарянке, встретившей у колодца Иисуса.
Когда Иисус предложил ей позвать её мужа; неужели она не могла уйти от темы и не «хвалиться» тем, что она «женщина лёгкого поведения» и «меняет мужчин как перчатки»?
Она ведь в тот момент ни сном ни духом не ведала что перед нею-Царь царей, Господь господствующих. Почему же всё таки она ответила так?
...Тем у кого возникнет желание укорить меня за проклятую, ненавистную и...любимую до сих пор сигарету- я адресую этот вопрос.
Ответьте на него и я отвечу на ваш вопрос, на ваш укор! С ув.Автор.
22.05.03
